Херсонку оперировал главный кардиохирург страны

Херсонку оперировал главный кардиохирург страны
Херсон посетил главный кардиолог Министерства здравоохранения Украины, доктор медицинских наук, профессор, Заслуженный врач Украины, директор Киевского городского центра сердца Борис Тодуров.

Его визит в Херсонскую областную больницу был не случайным – здесь он прооперировал пациентку с пороком сердца. Нашлось у известного врача время и для журналистов. Вашему вниманию представляем интервью с Борисом Тодуровым.

- Борис Михайлович, каковы сейчас возможности Херсона в области кардиохирургии? Как часто пациентов из нашей области отправляют к Вам в Киев, и с какими проблемами не справляются наши врачи?

- На самом деле Херсонщина одна из немногих областей, которые имеют и оборудование и специалистов. Мы обмениваемся опытом с херсонскими врачами уже более 15 лет, и у вас пациенты могут получить достаточно качественную и своевременную медицинскую помощь. В этот раз со мной приехали 8 специалистов из Киева, которые будут ассистировать в операции, думаю наши коллеги из Херсона многое почерпнут для себя в плане опыта во время данного вмешательства.

Пациентка, о которой идет речь – 36-летняя жительница Херсона, с врожденным пороком сердца. Она долгое время не решалась на операцию, но сейчас проблемы с сердцем стали влиять на другие органы, потому мы считаем, что операция в данном случае обязательна. На самом деле херсонские врачи решают здесь на месте те же проблемы, что и мы, я не думаю, что они с чем-то не справляются.

- Вы по сути – легенда кардиохирургии Украины. Как так вышло, что в 2000-м году все-таки состоялась сложнейшая операция по пересадке сердца живому человеку?

- Украинская медицина долго шла к этому. Я побывал в Америке в 96 году на конференции, они там уже обсуждали тонкости трансплантации человеческого сердца, для них это была уже рутинная работа, а для нас – нечто новое. Вернувшись в Украину, я начал готовиться к такой же операции. Начали мы со свинок, я взял в колхозе двух 3-месячных свинок, и мы сделали первую пересадку в институте Шалимова. Свинка с пересаженным сердцем – Надежда, прожила 6 дней.

После этого было сделано еще 5 пересадок свинкам, и большинство из них выживало. Мы были уверены в успехе и технически готовы к тому, чтобы пересадить сердце человеку. Мы организовали целый отдел в институте Амосова, готовились, принялись менять законодательную базу. Через какой-то момент появился донор, это был молодой человек, погибший в ДТП, его травмы были несовместимы с жизнью. Мы успели получить разрешение у родственников, пока сердце еще билось. Пересадили это сердце 42-летнему пациенту, он проснулся после операции, и все показатели были в норме. Умер он через 11 дней, поскольку очень долго ждал этой операции и нужного донора, так случилось, что долгое ожидание сделало его случай очень запущенным.

Вторая пересадка была сделана позже пациенту Эдуарду Соколову, он живет уже 11 лет после операции и, я надеюсь, проживет еще много лет. Мы показали, что можем делать такие вещи, и наши пациенты выживают. Теперь слово за государством, которое никак не может принять новый закон о трансплантации.

- Кстати, об этом законе. Противники связывают его с черным рынком органов, врачи говорят, что он необходим. Кому верить и что принятие этого закона даст Украине?

- Если Закон будет принят со всеми поправками и изменениями, которые написали сами врачи, не думаю, что станет вопрос о черном рынке. Принятие этого закона даст Украине граждан, которые смогут прожить здоровую жизнь, это экономически выгодно стране. Сейчас мы повсеместно сталкиваемся с несогласие родственников донора. Как бы это цинично не звучало, но в итоге абсолютно все начинают торговаться с врачами, говоря мол «мы знаем это дорого стоит, и сколько вы нам заплатите за сердце или почку?». Я думаю, что таких вопросов вообще не должно возникать.

Именно для этого и существует согласие на забор органов, взятое при жизни. За рубежом его вносят в документы гражданина – водительские права, паспорт, и при несчастном случае у врачей нет этой унизительной обязанности – пойти и выпрашивать. Лично мне очень нравится, как поставлен этот вопрос в Белоруссии. Там каждый человек при жизни заходит на сайт Минздрава и регистрируется, если изъявляет желание стать донором после смерти. Все его данные вносятся в базу, и таким образом они известны врачам.

Этот вопрос каждый решает сам для себя, не нужно давить, нужно просто принять закон, который будет ясен всем. Сейчас мы теряем пациентов, которые нуждаются в пересадке, они едут в ту же Белоруссию.

- Что Вы можете сказать по поводу реформирования медицины в Украине? К чему мы в итоге должны прийти?

- Прийти мы должны к страховой медицине – это однозначно. Именно на это, в конечном счете, и рассчитаны все изменения, которые предлагает наш министр Александр Квиташвили. «Койко-день» – это уже даже не прошлый век для больниц. Все медицинские учреждения должны перейти на хозрасчет, то есть нужно ввести оплату за каждую сделанную услугу.

Для этого нам нужно стандартизировать и тарифицировать каждую услугу, которую можно сейчас получить в больнице – от обычной рентгенографии до операции на сердце. В результате мы получим такой график работы: сделали операцию, посчитали сколько стоит материалы и услуга в общем, подписали счет.

Сделали 100 операций в месяц, в конце месяца получили за них деньги, на эти деньги выдали зарплату, заплатили коммунальные платежи, купили медикаменты, может какое-то оборудование, и продолжаем работать. Деньги, которые получает больница, могут быть как от государства, так и от страховой компании. Думаю, что государство все же должно обеспечить страховкой малоимущих, пенсионеров и детей – это будет правильно.

- Спасибо за интересную беседу.

Записывала Елена ДОНЧА
Фото автора

© 2020 Інформаційне агентство "Херсонці". Всі права захищені.
Використання матеріалів ІА "Херсонці" може здійснюватись лише при наявності "активного гіперпосилання" на "Херсонці", а також на сам матеріал.
Редакція може не поділяти думку авторів і не несе відповідальність за достовірність інформації.
email: kherson.inform@ukr.net, контакти, архів