Безопасен ли благополучный град для своих жителей?

 Безопасен ли благополучный град для своих жителей?
Есть в нашей уважаемой городской власти Херсона отдельные представители (как утверждает народная спецпроверка) попавшие сюда прямо из трактовых ямщиков.

Их девиз был и остался: «Скільки вб'єш, стільки в'їдеш». Добираются эти извозчики до козел, то бишь, трона – и тут же засыпают. Поэтому таким «профессиональным» слугам народа приходится постоянно напоминать их главную функциональную обязанность: ГОРОД ДОЛЖЕН БЫТЬ БЕЗОПАСЕН ДЛЯ ГОРОЖАН! В гололед улицы посыпаются песком, по тротуарам ходят люди, а не стоят авто, бродячие животные не нападают на жителей...

СТАРАЯ, СТАРАЯ СКАЗКА

В конце 70-х студенты филфака ХГПИ им. Н.К.Крупской издавали рукописный стихотворный сборник «Антресоли». Так глубоко запали в душу уроки стихосложения уважаемого всеми преподавателя С.С.Рыжикова. Стихи в них назывались «сорокопятками». Всего лишь за полупару (половина лекционной пары – 45 минут) сочинялись сомнительные шедевры в подражание футуристическим опытам Давида Бурлюка:

Бродят мысли собаками, на вокзалах забытыми,
Чей-то шерстию харкая, кем-то глупо прибитые.
Без угла и приюта, возле пединститута...

Сегодня, как и тогда собаки продолжают бродить по херсонским улицам. Вот уже почти полвека адреса появления бродячих животных в Херсоне не изменились: железнодорожный вокзал, парк Шумского (возле ХГУ), площадь Свободы, «Херсонгаз» и, конечно же – Карантинный остров. Его название, как считают некоторые краеведы, абсолютно не связано с захоронениями жертв эпидемий. Во времена основания Херсона на этом острове была таможня, карантинный дом и пакгаузы. С тех пор все суда, прибывающие в город морским путем, проходили здесь месячный карантин.

Первый жилой дом сдали на Острове в 1969 году. Но еще задолго до этого сюда со всего города привозили и бросали домашних животных, ставших обузой для владельцев.
Сегодня трудно представить, что когда-то на месте заботинского магазина «Корабел» шумели болотные заросли, в которых обитали камышовые коты подозрительного окраса. А жителей первых трех экспериментальных домов (ул. Патона 2,3,4) подстерегали (и до сих пор подстерегают!) злобные своры диких собак.

ХОЧЕШЬ Я ПОДАРЮ ТЕБЕ КЛЮЧ 42 на 44?

В популярной частушке того времени были такие слова: «Приходя домой с работы, рашпиль ставлю у стены...». Островские жители, возвращаясь по гудку из цехов ХСПО им. 60-летия ВЛКСМ, ставили в угол не рашпиль, а суковатую дубинку, с помощью которой отбивались от бродячих собак по пути на работу.
Сегодня работы на Острове нет, засохли деревья, из которых можно было сделать дубины. Островитян становится меньше... Все гаечные ключи 42 на 44 и меньшего размера давно сданы на металлолом. Зато собак, наоборот – все больше и больше.

И они все чаще нападают на людей. Предпочитают, как правило, маленьких детей и вечерних прохожих, не способных оказать сопротивления агрессивной своре.

Население Даманского (народное название Карантинного острова) разделилось на «собачников» и «антисобачников». Первые с малых лет привыкли дышать экскрементами и шерстью домашних животных. Вторые этого почему-то не переваривают. Первые (по чертежам бывшего председателя ХОГА Н. Костяка) строят собачьи будки без единого гвоздя, подкармливают и размножают беспородных щенят. Вторые по ночам приносят под эти будки отравленную еду.

Судя по всему, на острове назревают, как говаривал дедушка Вова, признаки революционной ситуации:

- общеостровской кризис,
- резкое несоответствие между реальными возможностями экономического, социального, культурного прогресса и теми практическими результатами, которые получают от него широкие массы островского народа,
- значительное повышение активности островских масс, в «мирную» эпоху дающих себя грабить спокойно, а в бурные времена привлекаемых как всей обстановкой кризиса, так и самими «верхами» к самостоятельному историческому выступлению.

В ВОЗДУХЕ ПАХНЕТ ГРОЗОЮ

Пока разногласия между собачниками и антисобачниками не выходят за рамки нецензурной перепалки. Но недовольство, как с одной, так и с другой стороны возрастает. Масла в огонь подливают больничные сводки. Не проходит и дня, чтобы в островскую поликлинику не обращались искусанные бродячими животными жители. Достаточно одной спички – и на острове вспыхнет «собачий бунт».

Уже распускаются слухи, будто городничий занял сторону собачников: выделил земли и деньги приблудившимся животным на строительство загородных особняков...
Как сообщила одна островская бабушка, отдельные горячие головы антисобачников вынашивают даже преступные планы по отделению Острова от центральной части города.

Карантинный хотят переименовать на Даманский (название небольшого китайского острова. До 1991 г.- предмет территориальных претензий КНР к Советскому Союзу). Более того, на управление Даманским собираются пригласить «народных» специалистов из южной китайской провинции Гуандун, где котов и собак употребляют в пищу.

Этого не могут допустить собачники. Они уже наняли упитанных бойцов из свор Центрального и Днепровского рынков, договорились с кинологическим центром УВД...

Несмотря на то, что в воздухе все отчетливее слышен запах вставшей дыбом шерсти, областные власти на островскую канитель никак не реагируют. Или делают такой вид. Ведь за телодвижениями их упитанных тел зорко следят четвероногие хозяева города.

Олег ЛИЩЕНКО

Фото Дмитрий Кулаков

© 2020 Інформаційне агентство "Херсонці". Всі права захищені.
Використання матеріалів ІА "Херсонці" може здійснюватись лише при наявності "активного гіперпосилання" на "Херсонці", а також на сам матеріал.
Редакція може не поділяти думку авторів і не несе відповідальність за достовірність інформації.
email: kherson.inform@ukr.net, контакти, архів