Артём Кияновский: «…Не хоронить учителей рядом с учениками»

Артём Кияновский: «…Не хоронить учителей рядом с учениками»

В этом году исполняется четверть века знаковому для образовательной отрасли Херсонщины учебному заведению.

Учебно-воспитательный комплекс «Школа гуманитарного труда» Херсонского областного совета отмечает свой юбилей - 25 лет со дня основания. Об этом и многом другом рассказал директор ШГТ Артём Кияновский.

- Ваша школа, Артём Александрович, накануне своего 25-летия. По сути, она дитя новой, суверенной Украины. С какими результатами вы встречаете эту дату?

- С точки зрения человеческой жизни, четверть века - значительный период. Сейчас можно сказать, что для учителей школы, стоявших у её истоков, ШГТ оказалась главным жизненным проектом, и свое детище они не подвели.

- Достойно вписались в образовательную отрасль области?

- Не побоюсь быть нескромным, не только вписались, но и в значительной степени определяем сегодня ее лицо. Ядро ШГТ образца 1992 года – это молодые специалисты, только окончившие пединституты или проработавшие несколько лет. Лично я стал директором, имея лишь три года учительского стажа.

Многие считали, что с неопытными учителями этот проект ждет участь мертворожденного дитяти. Не учли тот фактор, что с первого дня своей работы школа была экспериментальной и, наряду с молодыми учителями, на уроки пошли лучшие представители профессорско-преподавательского состава Херсонского пединститута, желавшие изменить закостеневшую школьную систему.

Не говоря уже про то, что ребята, рискнувшие покинуть государственные учебные заведения, то есть стабильные рабочие места, и уйти в непривычный и неизведанный мир частного образования, имели характер, желание и стремление к новому, и, судя по оценкам в дипломах, хорошие знания. Отсюда и наши результаты.

- Считается, что главное в любой нормальной школе – её ученики. А основное богатство – учителя. Что вы можете сказать о «богатстве» вашей школы?

- Я не совсем согласен с таким пониманием «главного» и «богатства». Ведь «богатство» определяется результатами, достигнутыми «главным», так что эти понятия неразрывно связаны. Что касается учителей, то, не называя фамилий, чтобы не упустить целый ряд достойных мастеров своего дела, какими стали тогдашние молодые первооткрыватели, приведу чисто цифровые показатели.

Итак, в нашей школе:
51 учитель имеет высшую квалификационную категорию;
26 учителей-методистов и 7 воспитателей-методистов;
11 старших учителей;
3 Заслуженных учителя Украины;
3 кандидата педнаук и 2 аспиранта;
4 научных консультанта – академики НАПН Украины;
15 отличников народного образования Украины.

Научная модель ШГТ за эти 25 лет защищена докторскими и кандидатскими диссертациями, опубликованием свыше 800 статей, посвященных проблемам воспитания и обучения, изданием 106 книг на педагогические темы и ряда монографий. Надеюсь, сведущие люди прекрасно понимают, что стоит за такими цифрами.

- Тогда уместен вопрос: каким образом вам удалось добиться столь впечатляющих результатов?

– Это еще не результаты, а свидетельство интеллектуально-профессионального потенциала школы. Подлинные результаты, достигнутые коллективом - это сотни молодых людей, полезных членов общества, развивших свои способности и нашедшие свое место в жизни, благодаря верному выбору, сделанному в свое время их родителями.

- Не сомневаюсь, но все же: в чем «краеугольный камень» педагогической системы Заслуженного работника образования Украины, кандидата педагогических наук, члена-корреспондента Российской академии педагогических и социальных наук, Почетного профессора Польского университета Домброва Гурниче Кияновского?

- Насчет моей «педагогической системы», наверное, слишком громко сказано, хотя к этому мы подошли довольно близко. 20 – 22 ноября на базе нашей школы Министерство образования Украины проводит семинар директоров авторских школ, и ваш покорный слуга включен в оргкомитет по выработке пакета документов об авторской школе. Нам приятно, что опыт нашего коллектива будет изучаться на таком уровне.

Если же говорить конкретно, то мы не стоим на месте и, тем более, не сидим на месте. Одно из важнейших качеств мировой педагогики и, в частности, ее европейского варианта – это то, что она не знает границ и не замыкается в узких национальных рамках.

Инновационные педагогические достижения, где бы они ни были научно зафиксированы, стремительно внедряются в практику учебных заведений цивилизованного мира. По сути, даже самые отдаленные школы разных стран и материков в наши дни связаны между собой незримыми нитями.

Учителя ШГТ постоянно выезжают заграницу. Заметьте, не на Мальдивы или Эмираты, где можно неплохо поразвлечься, а в развитые государства, имеющие свои педагогические традиции. Эти поездки носят деловой характер и приносят видимые плоды.

- Не могли бы вы привести географию таких поездок?

- С удовольствием. Только за последние годы мы побывали в Англии, Чехии, Польше, Израиле, Германии, Австрии, Италии, Болгарии, США, России, Греции, Франции.

Надеюсь, никому не надо доказывать, что широко образованные, знающие мир учителя автоматически поднимают уровень развития своих воспитанников. Кстати, для детей у нас тоже работает целая система организованных зарубежных поездок.

- Судя по новшествам, внедряемым в ШГТ, вы относитесь к руководителям, фонтанирующим ценными образовательными и воспитательными идеями. Наверное, не просто в наши сложные времена воплощать их в жизнь?

- Честно говоря, я всегда насторожен по поводу руководителей, как вы сказали, «фонтанирующих новыми идеями», и уж сам-то себя к таковым не отношу.

- Поясните

- Видите ли, педагогическая отрасль по своей природе консервативна, и это зачастую идет ей на благо. Потому что при внедрении не апробированных новшеств (мало ли что придет кому в голову!) велика вероятность недопустимых ошибок.

Другими словами, эксперименты над детьми – не лучшее дело. Поэтому долгом руководителя, при внедрении инновационных методик, считаю семь раз проверить, чтобы один раз не навредить...

То есть, уже много лет мы внедряем либо тот опыт, который уже показал себя положительно, предварительно его изучив, либо наши собственные научные, тщательно выверенные разработки. И решительно отказываемся от всего сомнительного.

- Это похоже на общие слова. Расскажите, как всё происходит на самом деле.

– Что значит рассказать? Описать весь процесс? Девиз современной педагогики - держать руку на пульсе научной педагогической жизни. Сюда входит чтение специальных журналов, обмен мыслями с коллегами.

Лично я изучаю открытия в нашей сфере по первоисточникам, включая посещение отцов-открывателей ценных новшеств. Знание того, что происходит у других, помогает нам выстроить собственную педагогическую концепцию, приемлемую именно в наших условиях.

К примеру, приверженцы старой педагогической школы Украины постоянно ратуют за снижение нагрузки учащихся, сокращение и упрощение учебных программ. А между тем, цивилизованному миру неведомо понятие перегрузки детей учебой, наоборот, везде боятся не загруженности, так как знают, что время, не занятое добрыми делами, обязательно будет занято плохими!

Скажу больше: у нас количество учебных часов почти вдвое меньше, чем в других развитых европейских странах. В два раза, представляете?! Мало того, что отечественная школа и так не из самых конкурентных, так еще и сами занимаемся никому не нужной «разгрузкой».

- Наверное, читателям будет интересно узнать, какие еще видимые различия с зарубежными школами вы считаете существенными?

- Отмечу главное, или, как теперь говорят, концептуальное. Европейцы приучают детей понимать, что умение пользоваться собственной головой – это величайшее благо и удовольствие, и мы такой подход тоже взяли на вооружение.

В школе приветствуется, развивается и, ни в коем случае, не высмеивается нестандартное мышление. Для нас приемлемы ученические «открытия», когда на уроке зоологии ученик глубокомысленно изрекает: — Длина крокодила от головы до хвоста — 5 метров, а от хвоста до головы— 7 метров... — Подумай, что ты говоришь, — удивляются его сверстники. — Разве так бывает? — Бывает, — отвечает смышленое дитя. — Например, от понедельника до среды — два дня, а от среды до понедельника — пять!

Наши учителя следят за своей речью и никогда не говорят: — Я который раз объясняю, что половина не может быть большей или меньшей! А почему-то большая половина класса этого не понимает...

Вообще, признаюсь чистосердечно, в современной педагогике нет мелочей. Даже, казалось бы, такие безобидные вещи, как повторение учителем, открывающим классный журнал, одной и той же пресловутой фразы (помните это по своим школьным годам?): «Так, так, кого мы сейчас вызовем отвечать... К доске выходит... К доске выходит...» - по мнению психологов, может привести особо впечатлительных детей к сердечному недомоганию.

- Вернемся к поездкам заграницу. Наверное, они стоят больших денег, хватает ли для этого учительской зарплаты?

- Во-первых, это не так дорого, как принято считать. У нас отлажена связь с ведущими туристическими фирмами, и это помогает существенно сокращать расходы. Учителя, да и я тоже, используем возможности бесплатных поездок руководителями групп, а также выигранные гранты.

Так, например, сейчас за счет гранта готовится поездка школьной делегации из 4 детей и 2 взрослых по маршруту: Варшава – Гданьск на Международный кинофестиваль. Мы едем не с пустыми руками, а со своим фильмом «Гиппократ из Бухенвальда», номинированным на призовое место. Это творческая работа про нашего земляка, узника немецкого концлагеря врача О.Дворникова, спасавшего там сотни людей.

И, наконец, у нас серьезные научные связи с учебными заведениями целого ряда стран, и в большинстве случаев такие поездки оплачивает принимающая сторона.

- Вот, вы член-корреспондент Российской академии наук. Сейчас, когда наши страны в таком противостоянии, всякие педагогические связи с Россией, наверное, утеряны?

- Скажу мягче: значительно затруднены. Собственно, я был избран в РАПН в 2005 году после разработки в нашей школе ряда учебных программ, которые с большим трудом пробивались в Украине. Россияне, оценив их, тут же стали издавать и использовать, за что я очень благодарен своим российским коллегам.

Член-корром я был не только на бумаге: на протяжение многих лет принимал активное участие в жизни Академии. Война на Востоке сократила мои поездки в Россию до минимума. Последний раз я был в Москве в прошлом году на международной научной конференции по наследию великого психолога Льва Семеновича Выготского.

Педагоги многих стран искали на ней ответы на важнейшие вызовы современности: как не утратить подрастающее поколение, неуклонно погружающееся в пучину жизненных удовольствий, представляемых интернетом и другими агрессивными хай-тэковскими раздражителями. Увы, надо признать, ученые педагоги находятся только на подступах к этой теме.

- Кстати, как правильно называть школьных работников – педагогами или учителями?

- Эти понятия очень близки, хотя первое сейчас больше относят к высшей школе. Если же обратиться к истории вопроса, то в Древней Греции педагогом назывался раб, сопровождавший ученика в школу, прислуживающий ему на занятиях и вне их. Это греческое слово можно перевести как "детоводитель".

Основные категории нынешней педагогики, давно утратившей рабское начало - развитие, воспитание, образование и обучение. Что до рядового учительства, то оно по-прежнему занято благородным детовождением и старается вести детей так, как надо, и туда, куда надо.

- Вы говорили про недозагруженность наших детей, с чем можно только согласиться. От каких ошибок еще вам бы хотелось уберечь наше образование?

- Уверен, что предлагаемая нам 12-летняя модель школьного обучения порочна и бессмысленна по своей сути, являясь исключительно «переменой ради перемен». Насколько я знаю, с этим согласен мой близкий коллега, профессор А.Спиваковский, депутат Верховного Совета.

В этом же я убедился в Узбекистане, где реформа образования завершилась лет десять назад. Там разделили все учебные заведения на академические лицеи и колледжи. После первых – прямой путь в университеты, вторые – обеспечивают получение рабочих профессий. Все четко и, на первый взгляд, верно. На деле - проигрывают и те, и другие. Так как определение своего жизненного пути в незрелом возрасте чаще всего чревато крупными ошибками.

Вот, в Японии, где я надеюсь побывать в следующем году, вообще говорить о выборе профессии до 19 лет считается неприличным. Как можно, еще не познав себя и своего места в жизни, делать такой судьбоносный выбор?!

Кстати, в Узбекистане совсем другая культура, чем у нас. Тоже прекрасная, древняя, но совершенно иная. До сих пор вспоминаю странный казус. Приехав в Самарканд, я как-то заскочил со своим гидом, немолодой интеллигентной женщиной на рынок – хотелось попробовать чудесный желтый изюм и другие узбекские сладости. В общем, скупились мы, уложили всё в целлофановый пакет и идем на выход.

И тут она совершенно серьезно просит меня отдать ей пакет: мол, ей неудобно, что его несет мужчина, у них не принято, чтобы женщина шла с пустыми руками, а мужчина – утруждался ношей. Тянет пакет к себе, и нам обоим страшно неловко. Ей – оттого, что нагружен идущий рядом гость, а мне – оттого, что милая дама пытается нести мою покупку...

Заметьте, я это рассказываю вовсе не потому, что считаю чью-то культуру ниже или хуже. У них есть много такого, что не грех и заимствовать. Например, умение решать проблемы, не обостряя отношений.

Вспомните печальную участь прямолинейного монаха Джордано Бруно, осмелившегося во всеуслышание поддержать философскую интерпретацию учения Коперника про множественность миров и бесконечность Вселенной, и за свой вызов сожженного церковью на костре.

А вот выдающийся Аlgoritmus, узбекский мыслитель и ученый Мухамед бен Мусы аль-Хорезми, пришедший к такому же выводу, что и Джордано Бруно, сделал подобное заявление в более мягкой форме, благоразумно предварив его словами: «во славу Аллаха – земля круглая!» - и все ему сошло с рук. Согласитесь, что умение не будоражить необычной информацией – ценное качество!

В общем, чтобы уверенно идти вперед, надо хорошо знать, что происходит у ближних и дальних соседей. Нельзя поднимать народное образование без учета достижений других народов.

История науки и культуры – серьезная штука, смотрите, как они отличаются в разных странах: в Праге есть Карлов университет - главный университет Чехии, старейший университет Центральной Европы и один из старейших университетов мира, основанный императором Карлом IV в 1348 году. А когда был основан первый университет на нынешнем постсоветском пространстве, не подскажете? - Львовский, имени Ивана Франка, в 1661, через три с лишним века!

Или возьмем религиозную атрибутику. Во Франции большинство граждан три последних столетия имели возможность еженедельно наслаждаться облагораживающей органной музыкой, чего лишены народы, исповедующие православие. Такая разница весьма красноречива.

К тому же французские школьники проходят обязательный курс философии. Страна, в целом, атеистическая, но мораль и право, отношение к жизни и смерти формируются у детей на основе мысли выдающихся людей прошлого.

Это и интересно, и полезно, и главное – дает надежную защиту от всяких манипуляторов, в том числе, религиозных. Вот почему там нет такого количества сект, как у нас. Отсюда вывод: чтобы умело корректировать воспитание и обучение молодежи, нужно самим как можно больше знать.

- Что, на ваш взгляд, жизненно необходимо для успешного реформирования образовательной отрасли?

– Для этого нужно, прежде всего, знать, кого и чему мы хотим научить, и лишь потом задаваться вопросом, как это делать. Проводить реформы, а не делать вид, что мы их проводим. Мой подход к этому сугубо гуманитарный: школьный процесс должен выработать у ребенка готовность к взрослой жизни и умение быть счастливым. Естественно, на фоне других, таких же счастливых людей.

Иван Бунин писал: «Человека делают счастливым три вещи: любовь, интересная работа и возможность путешествовать». Наверное, понимание счастья у каждого свое; главное, чтобы человек жил в гармонии с собой и окружающим миром.

Что же касается сугубо педагогики, то в ней началом начал любых изменений должно быть подлинное уважение к учительской профессии. Не на словах, а на деле.

Таким примером для меня служит захоронение славного Тамерлана в мавзолее Гур-Эмира в Самарканде, где, по завещанию полководца, его тело погребено в ногах его учителя и наставника. Только прошу эти слова не принимать за предложение хоронить учителей рядом с хозяевами жизни – их учениками...

Ну, и еще в народе говорят, что шуруп, забитый молотком, держится гораздо крепче, чем гвоздь, закрученный отвёрткой... Применительно к учительскому труду это означает, что никакие методики, пусть даже самые новейшие, не помогут, если не вкладывать в воспитание и обучение душу учителя. Поэтому все научные разработки ШГТ наполнены духовной составляющей.

- Спасибо за содержательную беседу и до новых встреч!

Интервью с Артемом Кияновским провел
журналист Виталий КОРКАМОВ

Херсонцы в твиттере