«Бить или не бить»?

Кирилл ГОРЕЛОВ // Гривна № 17 (954) 18.04.2013

Бить людей, однозначно, нельзя. Именно так можно кратко сказать о сути одного из главных вопросов, обсуждавшихся на коллегии облУМВД 16 апреля

Речь шла о правах задержанных и том, что принято называть пытками. Как стало известно со слов докладчика, в этом году пыток не зафиксировано. А в прошлом возбуждено одно уголовное дело, правда, по событиям ещё 2006 года, случившимся в Верхнем Рогачике при раскрытии разбойного нападения. И вообще, профилактическая работа среди личного состава находится под неусыпным контролем, а также ведутся разъяснения о соблюдении прав граждан...

Тут генерал Литвин прервал докладчика:

- Скажите, какие нужно проводить профилактические мероприятия с людьми, которые прошли медкомиссию и приняты на службу?! В космос легче полететь, чем устроиться в милицию. Тесты, которые мы проходим, нацелены на выявление любого изъяна в психологическом состоянии. Мы берём на работу здоровых людей, которые отвечают за поступки и слова. Нигде не написано, что нужно бить людей. Я не езжу в сторону Великой Лепетихи, потому что мне до сих пор стыдно за действия коллег, из-за которых 4 человека, непричастные к преступлению, отсидели за него 6 лет. Мне, конечно, некому задать вопрос, почему так случилось. Все, кто за это получал премии, медали, уже не работают. Если бы не облпрокуратура и наше вмешательство, то люди продолжали бы сидеть. Оказалось, что не составило особого труда найти настоящих преступников. Сейчас они под следствием. Приведу ещё один пример. Он касается убийства маленькой Русланы Свищёвой, которое до сих пор не раскрыто, несмотря на всю проведённую огромную работу. Мне приводили подозреваемого, и некоторые уже хлопали в ладоши, что тот готов написать явку с повинной. Вот он сидит и рассказывает, как по писанному, как он убил девочку. Я задал ему всего три вопроса, на которые он не смог ответить. И стало ясно, что он себя оговаривает. Я выставил своих сотрудников за дверь, снял с него наручники и говорю:

- Били тебя?

- Нет, не били.

- А что делали?

- Обещали посадить в хорошую камеру.

- За что?

- За то, что я скажу, что я убил.

Ну разве это нормально?! Зачем так делать?! Кому от этого польза?! Бандит, который издевался над Русланой, будет гулять на свободе, а невинный человек – сидеть в тюрьме? Обычно издеваются над задержанными, выбивая из них явку с повинной. Она никому не нужна! Есть миллион законных способов. Да, это долго. Нужно месяцами ждать очереди для проведения определённых мероприятий, ходить в прокуратуру, взять санкции в суде. То, что люди сидят ни за что – беда. Но то, что те, кто в действительности совершил преступления, останутся при этом безнаказанным – беда двойная. Малейший признак ненормального поведения с задежанными и подозреваемыми должен караться беспощадно. Выгонять из органов следует немедленно, а материалы передавать в прокуратуру.

Но не нужно путать недозволенные методы следствия с провокациями самих задержанных. Приведу пример, как я испытал это на собственной шкуре. Помните расстрел двух одесских бизнесменов в Великоалександ-ровском районе? Три дня работали, появился подозреваемый. Прошуу прокурора разрешения поговорить с ним. Я в следственную, а его, как чувствовал, попросил у двери постоять. Начал разговаривать, а задержанный требует, чтобы я представился. Показываю удостоверение, говорю, начальник УМВД. Тот вскакивает, кричит, что я «давлю на него лампасами», и начинает биться головой о стену. Хорошо, что в следственной видеокамера работала и прокурор рядом стоял. А то я бы вполне мог оказаться участником недозволенного метода дознания. Отмойся потом от этой грязи. 95% заявлений, которые поступают в отношении сотрудников милиции – это надуманные провокации. Именно поэтому сейчас в самых разных местах в райотделах работают четыре сотни видеокамер. Преступники теперь и поумнее, и поопытнее многих молодых милиционеров. Они понимают, что если создать прецедент, то разбираться будут не с ними, а самими сотрудниками. Так можно уйти от ответственности. Мы ставим видеокамеры не столько для того, чтобы охранять преступников, но и для того, чтобы показать, что мы их не бьем, не издеваемся, чтобы наши сотрудники были на постоянном контроле.