Почему мы не слышим друг друга

Что мешает одному человеку понять другого? Вопрос и прост, и сложен одновременно, а вариантов ответа на него может быть сколько угодно: люди говорят на разных языках; разница в возрасте; разница в социальном положении; разница в финансовых возможностях; разница в месте проживания... Все это так, но главное ли это?

Рискну заявить, что это далеко не главные вещи, которые разъединяют людей. Что же тогда?

А как вам такой вариант ответа: «Неумение слушать – помноженное на нежелание слышать!». Как часто говоря на одном и том же языке, используя, казалось бы, одни и те же слова – мы не только неслышим друг друга, но мы еще и не хотим понимать один другого.

В то же время, говоря на разных языках, абсолютно не понимая сказанного (с точки зрения незнания чужого языка), мы тем не мнение приходим к пониманию того, что сказал собеседник. Почему понимаем, не зная языка? Да потому, что хотим услышать. Хотим понять. Хотим помочь, поддержать, подсказать...

Помню свой первый приезд в Европу. Далекий сегодня 2001 год. Первая профессиональная стажировочная «Программа» в моей журналистской практике: Бельгия. Брюссель. Штаб-квартира НАТО.

Нам крупно повезло, мы прилетели в Бельгию рано утром в субботу, а основная часть программы начиналась только в понедельник. Что делать? Сидеть в отеле? Нет! Вокзал. Поезд. Голландия, Амстердам. Боже! «Безумие, – скажет кто-то. А как же виза? А как же загодя не приобретенные билеты? Как, в конце концов, быть с языками...».

Не зря говорят, что боится тот, кто знает, что может быть. Тот же, кто не знает, что не отключив электроэнергию, не следует заменять лампочку, а то тебя может «шандарахнуть» током, все же меняет ее не трясущимися руками...

И так решено. В путь... С билетами проблем нет – их продают в любой кассе. Несмотря на то, что поезд идет в другое государство – билет можно купить просто за 5 минут до отправления поезда. Да и то, не обязательно. Если вы опаздываете, или у вас, скажем, просто нет желания заходить в здание вокзала – нет проблем, садитесь в поезд, занимайте любое место и спокойно езжайте.

Через 2 – 3, а может и 5 станций придет проводник-кондуктор, и если у вас нет билета, он вам его продаст. Да! Все очень просто. Никаких «очередей в кассе»; никаких «Церберов» в образе наших проводников на подножке поезда с диким криком: «Без паспорта не пущу!»; никаких «перекупщиков», и ни одной таблички: «Все билеты до конца сезона проданы!».

Вопрос следующий – языки. Для тех, кто призабыл напомню: «население Бельгии делится на этнические и языковые группы, которые проживают на собственных территориях королевства», из которых 60% - фламандцы, и 40% - валлоны, которые соответственно пользуются нидерландским и французским языками. Увы, ни тот, ни другой я не знаю. Но с кассиром при помощи моего англофранцузкорусского языка, мимики и жестов мы поняли друг друга. Мадам поняла, что я хочу поехать именно в Амстердам, и с очаровательной улыбкой продала мне билет.

Найти тот самый перрон, с которого через 15 минут отправлялся мой поезд в общем-то было не сложно... Если ты уже хотя бы раз бывал на вокзале ТАМ: все расписано, все разрисовано... А если в первый раз... Тогда... Никаких проблем: поезда отправляются с трех уровней – один наземный и два подземных... На каждом 10 – 15 платформ... Бешено бьющееся сердце, ужас в глазах – делают свое дело – ко мне подходит служащий станции. Очаровательно сверкая белыми зубами на фоне темного лица, он увлекает меня в лабиринты переходов, и вот он – мой перрон. Все. В поезде. Мягкие, кожаные кресла. Нарисованная на окне сигарета – значит можно курить. Боже! Комфорт. Едем.

Через пару станций приходит кондуктор. Судя по всему, я ему чем-то не понравился. Выяснение что именно не так, заняло минут пять, оказалось, я по своей наивности, купивши билет во второй класс, разместился в первом.

Без криков, истерик и вызова полиции, проводник мило проводит меня в другой вагон, поясняя что-то на ходу...

О том, как курсируют поезда, и какое там обслуживание – тема отдельного рассказа. Скажу только одно: в туалете поезда можно проводить хирургические операции – такая чистота и размеры...

Далее на тему о понимании.

Вот-вот уж должен показаться Амстердам. Кстати на то, что мы пересекли границу, указывал один единственный фактор – изменился голос человека, который объявлял остановки.

И так впереди... непредвиденные обстоятельства.

Именно в тот день, когда я совершал свое первое путешествие по Европе, на Центральной станции в Амстердаме вышел из строя компьютер (такого там не случалось ни до, ни после). Из строя он «вышел» настолько, что «Центрстейшен» не могла принимать поезда типа «Инетр-сити», а только местное метро.

О том, что что-то не так, стало понятно по тому, как много и долго говорил диктор, и как внимательно его слушали пассажиры. На следующей остановке – все дружно двинулись к выходу. Я продолжал сидеть. Видать и тут сыграла свою роль моя растерянность – сердобольные пассажиры кинулись объяснять, что мне следует покинуть поезд и что дальше необходимо ехать на другом.

Одним словом – меня не бросили, поддержали в трудной ситуации.

Буквально через 5 минут мы ехали на другом поезде, который подогнали на эту же платформу (для того чтобы пересесть в другой поезд иногда ТАМ не нужно бегать с платформы на платформу, достаточно просто пройти по этой же вперед или назад).

Еще 15 минут и мы в Амстердаме. Не задумываясь особенно о том, как я поеду назад, и будут ли поезда, я отправился бродить по Амстердаму: музеи, улочки и переулки, величие и великолепие.

Путь домой (в смысле в Брюссель) оказался так же не прост. Увы, центральный вокзал все еще не принимал и не отправлял «большие» поезда, а ближайшая станция, откуда я мог уехать обратно в Бельгию, была аэропортом Скипхол. Как доехать? Не проблема: работники метро и железной дороги, которых в связи с аварией на каждой станции было человек по 5 – 10 с радостью объясняли всем: что, как, куда. Молодой человек, который кинулся мне на помощь, и, поняв, что я его не совсем понимаю, подвел меня к карте (они есть практически на каждой станции) и что называется «на пальцах» объяснил, что мне следует делать, где и какие сделать пересадки (при этом, поговорив с кем-то по телефону, рассказал о пути до самого Брюсселя).

Скипхол удивил, поразил, раздавил.

И тут у меня возникла «дурная» мысль – а не полететь ли мне во Францию?

Что именно меня остановило от «безумия» продолжить свое европейское турне уже не помню, но от полета я отказался. Но, тут же, пришла другая мысль – поехать в Париж поездом. Разобравшись с расписанием, я понял, что буквально через два пути от меня стоит вожделенный поезд на Париж. Одна проблема попасть на этот перрон оказалось не так-то просто. Немного поблудив, я все же попал на нужный мне перрон, но поезд в этот момент уже показывал мне хвостовые огни. До следующего «прямого» поезда было 3 часа. Можно конечно было поехать и другими поездами, но этот маршрут предполагал несколько пересадок, был длиннее по времени, хотя и дешевле по стоимости. Судя по всему мой Ангел-хранитель, который в тот день трудился без устали, надоумил меня, что следует все же сесть в поезд до Брюсселя, что я и сделал.

Билета у меня не было, что, в общем-то, не очень волновало. Чрез пару–тройку остановок в вагон зашла милая кондуктор-контролер, и, поздоровавшись со всеми, стала проверять билеты. Выяснив, что у меня его нет, она достала портативный кассовый аппарат (мы о таком мы тогда еще и помыслить не могли) тут же «пробила» мне билетик (в другое государство).

Следует заметить, что как раз в момент моего вояжа, в Европе стали водить Евро (при этом национальные валюты так же еще были в обороте). Ни бельгийских франков, ни голландских гульденов у меня на оплату билета не хватало. Я предложил оплатить проезд ... Американскими долларами. Вы думаете это смутило «тетю»? Ни сколько... Она еще передо мной и извинялась. Знаете за что? За то, что не могла дать мне сдачу в долларах (предложив на выбор другую валюту).

Вы часто видели у нас, чтобы кассир бегала по другим кассам и искала мелочь, чтобы дать вам сдачу? Это вы будете «рысачить» по всему вокзалу и привокзальной площади в панике и в «мыле» (после того как кассирша с репликой: «Я вам не нанималась мелочь на работу таскать. Идите, меняйте деньги», захлопнула у вас перед носом окошко кассы): где бы «разменять», ведь до отправления Вашего поезда на «Малую Хацапетовку» осталось 3 минуты, а следующий будет только завтра.

В ту свою первую поездку в Европу, мне так и не удалось «Увидеть Париж и умереть»... Зато я увидел и испытал иное...

Общаясь, я подчас не понимал иностранные слова, но, тем не менее, мы с собеседниками понимали друг друга в большем, все они хотели: понять, помочь, поддержать.

Что же происходит сегодня у нас, в Украине? Почему мы, разговаривая на понятных друг другу языках, тем не менее, не слушаем, не стремимся понять один другого?

Почему сегодня Украинские политики, которые так ратуют за демократию, которые рассказывают, как хорошо всем будет жить в будущем, какой пример подает нам Европа: не видят, не слышат, и даже не пытаются прислушаться к тому, что говорит власти народ?

Мы – идем в Европу! Я – «за»! Только я хочу в ту цивилизованную, культурную, толерантную, внимательную Европу.

Я не хочу, чтобы наши «правители» строили тоталитарное государство с красивым названием «Украина – географический центр Европы».

Я хочу в ту Европу, которую я видел, в которой мене за годы работы в журналистике пощасливилось побывать. Я бы так хотел, чтобы наши старики, хотя бы не долго, хотя бы перед смертью, но пожили в Европейской цивилизации. Я бы так хотел, чтобы наши политики, которые регулярно бывают в Европе, не рассказывали нам о том, как хорошо ТАМ, а занялись бы реальными делами, чтобы так же хорошо было ЗДЕСЬ, у нас, в родной Украине!

Сергей Осолодкин

На фото: Ночной Амстердам